Скрыть >>

Лекция 13. Формирование общества. Феодализм

Второй период формирования общества

Как мы уже отмечали,для феодальной общественно-экономической формации характерно преобладание частной собственности, но преобладает частная собственность на землю,то есть на естественно возникшее средство производства. Следовательно, частная собственность продолжает существовать не на адекватной основе, поскольку адекватной основой частной собственности служат созданные произведённые средства производства, средства производства, являющиеся продуктами труда.

В рабовладельческой формации ведущим видом частной собственности была собственность на рабов, в феодальной формации – собственность на землю. Применение рабского труда позволяло сосредоточивать в одних руках все большие земельные площади с целью их производительного использования. Однако, как обстоятельно доказывают советские исследователи Е. М. Штаерман и М. К. Трофимова,

«история рабовладельческого способа производства связана с историей не крупного, а мелкого и среднего производства. В противоположность общепринятой до недавнего времени точке зрения развитие рабства не было обусловлено ростом латифундий. Напротив, оптимальными возможностями для применения рабского труда располагали владельцы вилл средней величины, в которых рабы могли быть наиболее рационально организованы и поставлены под эффективный контроль… В латифундиях труд рабов всегда сочетался с трудом колонов (свободных арендаторов земли), сперва вносивших определенные денежные и натуральные платежи, затем переведённых на издольщину и, видимо, отработки. Последняя форма эксплуатации с ростом крупного землевладения, чем дальше, тем больше вытесняет рабов».

Оптимального развития рабовладельческий способ производства достигает при среднем производстве. Дальнейшее укрупнение земледельческого производства вело к упадку рабовладельческих отношений.

Развитие частной собственности на землю у земледельческих народов и на скот у скотоводческих народов должно было рано или поздно достигнуть таких крупных размеров, которые несовместимы с применением рабского трудя. В переходе к феодализму, если бы он совершался вследствие развития внутренних противоречий, главную роль играли бы «верхи» общества, захватывавшие все больше земель и отрывавшиеся от общинных связей, подобно тому, как главную роль в переходе от доклассового общества к классовому играли «верхи» родоплеменных общин.

В конечном счёте для развития феодализма наибольшее значение имела собственность на землю, а не скот. Кочевое скотоводство с использованием лошади возможно без дальнейшего усовершенствования средств труда. Напротив, земледелие, особенно с выходом за пределы мягких земель, требует применения более совершенных, чем каменные, железных средств труда. Кроме того, кочевое скотоводство в конце концов достигает определенных пределов экстенсивного развития – использования всех свободных земель. Дальнейшее развитие скотоводства может происходить главным образом интенсивно, а это невозможно без увеличения и улучшения кормов, последнее же осуществляется благодаря развитию земледелия. Кочевое скотоводство, достигнув в общем и целом пределов своего экстенсивного развития, теряет способность к развитию, обособленному от земледелия, и начинает развиваться в основном на почве земледелия. Поэтому и у кочевых скотоводов пусть в конечном счёте, но развивается крупная земельная собственность.

Для рабовладельческой формации оптимальной была частная земельная собственность средних размеров. Образование крупных рабовладельческих хозяйств означало загнивание рабовладельческого способа производства. Напротив, для феодальной формации оптимальна крупная частная земельная собственность. В рабовладельческой формации частная собственность хотя и играла ведущую роль в развитии, однако всегда оставалась в общем и целом придатком, подчиненным моментом общинной собственности. Напротив, в феодальной формации господствует частная собственность (точнее, крупная земельная частная собственность), а общинная собственность в общем и целом низводится на положение подчинённого момента.

При феодализме крупная частная собственность впервые в истории человечества стала господствовать над средней и мелкой собственностью в масштабах всего общества. Притом впервые в истории человечества утвердилось господство крупней частной собственности именно на землю. Это как бы предел экстенсивного развития частной собственности, ибо теперь в обществе в целом господствует крупная частная собственность. Но качественно она ещё ограниченна: это собственность именно на землю.

Частная собственность на землю – это частная собственность на естественно возникшее средство производства, на средство производства, преимущественно данное природой в готовом виде, а не созданное трудом. Поэтому господство в обществе крупной земельной частной собственности не есть господство частной собственности, отделившейся, так сказать, в чистом виде как общественные производственные отношения от естественно возникших отношений. Частная собственность ещё существует здесь на неадекватной основе.Адекватной основой частной собственности служат созданные произведённые средства производства, средства производства, являющиеся продуктами труда. Поэтому в феодальном обществе естественно возникшие отношения ещё входят в самую плоть и кровь господства крупной частной собственности.

Производительные силы.

Господство крупной частной собственности на землю во всемирно-историческом масштабе возможно лишь до тех пор, пока не развилась крупная промышленность, а вместе с ней крупная частная собственность в области промышленности. Господство крупной частной собственности на землю необходимо предполагает ручные орудия труда. В лучшем случае используются силы природы в качестве двигательных сил. Но тем не менее главной характеристикой орудий труда остается их характеристика как ручных орудий.

Для рабовладельческого общества также было характерно применение ручных орудий труда. Однако рабовладельческие отношения возникли и развились при преобладающем применении каменных и деревянных ручных орудий труда в земледелии и скотоводстве. Господство крупной частной собственности на землю уже неизбежно предполагает широкое применение железных орудий в земледелии.

Только при преобладании в земледелии применения железных орудий труда, то есть орудий с необходимостью предполагающих предварительную обработку, становятся возможными преодоление господства в земледелии естественно возникшего отношения к земле и установление господства частной собственности на землю.

Производственные отношения.

Помимо этого господство крупной частной собственности на землю необходимо предполагает устранение рабства, ибо оптимальным для рабовладения является среднее по размерам хозяйство. Дальнейшее увеличение размеров хозяйства делает применение рабского труда все более затруднительным.

Однако господство крупной частной собственности на землю невозможно также при полном устранении всякой естественно возникшей связи собственников земли с теми, кто её обрабатывает, и естественно возникшей связи тех и других с землёй.

Широкое распространение железных земледельческих орудий труда служит адекватной основой распространения, так сказать, чисто частнособственнических отношений на орудия труда. Поэтому при широком распространении железных земледельческих орудий и господстве крупной частной собственности на землю необходимой является частная собственность производителей на орудия земледельческого труда. В то же время необходимо же сохраняется естественно возникшее отношение к земле и у крупных частных собственников земли и у производителей, а через посредство отношения к земле как естественно возникшего сохраняется и отношение тех и других друг к другу как естественно возникшее отношение.

Следовательно, крупный земельный собственник есть не только частный собственник, он является также как бы естественным, природным собственником земли, и постольку не только земля принадлежит ему, но и он принадлежит земле, остаётся просто особым природным телом.

Производитель же отнюдь не есть человек, просто лишённый собственности на землю. Он сам сохраняет ещё связь с землей как естественно возникшую, а значит, он сам, его тело в этой связи остаётся как бы придатком к земле. Земля и производитель в этой связи только разные природные тела, природно связанные друг с другом.

Таким образом,крупный земельный собственник при господстве такого рода собственности не есть просто частный собственник, земля относится к нему также как естественно с ним связанная, а производитель-земледелец не просто лишён собственности на землю, а также естественно с ней связан как с инобытием своего тела.

Вместе с тем в сути самого отношения отнюдь не заключено с необходимостью, чтобы крупный частный собственник земли был и непосредственным земледельцем-производителем. Скорей наоборот, суть самого отношения такова, что он в конечном итоге перестаёт быть непосредственным производителем, а становится лишь потребителем не им произведённого.

Непосредственные производители-земледельцы являются частными собственниками орудий труда и к тому же, поскольку они связаны с землей естественно возникшей связью, ещё природно,телесно скреплены с землёй и с собственником земли.

В отличие от существующих ныне взглядов на «внеэкономическое принуждение» мы полагаем, что сами по себе естественно возникшие связи не требуют принуждения в широких масштабах. Они реализуются сами собой, в силу обычаев, традиций. «Внеэкономическое принуждение» в широких масштабах становится необходимым тогда, когда, во-первых, ещё преобладают и сохраняют большое значение естественно возникшие связи, но, во-вторых, эти связи нарушаются  возникшими и развивающимися частнособственническими отношениями.

Рассматривать «внеэкономическое принуждение» в рамках лишь соотношения экономики и политики – значит отвлекаться от стороны, существенной для решения вопроса, от естественно возникших связей и от процесса их преобразования.

При преобладании крупной земельной частной собственности главное средство производства – земля, естественно возникшее средство производства. Поэтому, несмотря на преобладание крупной частной земельной собственности над средней и мелкой частной собственностью, частная собственность в общем и целом ещё как бы находится в скорлупе естественно возникших отношении. Община как бы образует общую «оболочку», в которой развивается частная собственность. Однако крупная частная собственность на землю есть та предельная форма, в которой частная собственность ещё развивается под эгидой естественно возникших связей общинного устройства. Частная собственность при феодализме похожа на зародыш в яйце, выросший настолько, что ему остаётся только разбить и сбросить скорлупу общинных отношений, естественно возникших связей людей друг с другом и с остальной природой.

Типичное строение феодального общества в целом

Естественно возникшие связи людей друг с другом и с остальной природой ещё не вполне преобразованы исторически возникшими отношениями людей друг к другу и к остальной природе. Те и другие относятся друг к другу уже не как существенно различные стороны (таково их отношение в рабовладельческом обществе), а как существенные противоположности. Противоположность есть такое отношение сторон (например, «я и не я»), когда стороны взаимно исключают друг друга, и именно их взаимоисключение, их взаимоотрицание представляют собой их связь друг с другом.

Общественные производительные силы в определенной мере ещё слиты с естественно возникшим отношением к природе: во-первых, земледелец продолжает оставаться (хотя и на качественно иной ступени) и производителем, человеком труда, и средством производства, он ещё в значительной степени как природное тело связан с землей. Во-вторых, земля преимущественно естественно возникшее, а не созданное трудом средство производства.

Производственные отношения также ещё существуют отчасти нерасчленённо с естественно возникшими отношениями людей друг к другу и к остальной природе, не произошло ещё полного отчленения производственных отношений от производительных сил.

Известная нерасчленённость ещё сохраняется также, если сопоставлять друг с другом способ производства, надстройку, формы общественного сознания. Относительная самостоятельность надстройки и форм общественного сознания по отношению друг к другу и по отношению их к способу производства при феодализме возрастает. Следовательно, возрастает и опосредованность их связи. Вместе с тем имеет место и ещё незавершившееся отчленение их друг от друга.

На первом плане остаётся расчленение общества по степени и характеру отношения членов общества к естественно возникшим связям. Мы уже отмечали, рассматривая рабовладельческое общество, что различия по степени и характеру отношения членов общества к естественно возникшим связям есть не просто различия в естественно возникших связях самих по себе: с возникновением и развитием частной собственности эти различия всё больше определяются преломлением отношений частной собственности через естественно возникшие связи. Таковы сословные различия. В развитии феодализма классовое деление общества играет ведущую роль, однако существует и проявляется через сословное деление.

Любопытно, что для рабовладельческого общества характерно несовпадение сословного и классового деления. Рабы вообще исключены из сословного деления, поскольку они остаются именно рабами, а не занимают то или иное промежуточное положение между рабами и свободными. Рабовладельцы как таковые не выделяются в особое сословие.

Для феодального общества характерно уже совпадение сословного и классового деления. Хотя, конечно, полного совпадения не наблюдается: крестьянство принадлежит к одному сословию, значительная часть (но не все) частных земельных собственников в развитом феодальном обществе принадлежит к нескольким сословиям, в совокупности охватывающим собой почти весь класс частных земельных собственников (например, князья, дворянство, духовенство, скажем, в Германии XIV века).

В этом значительно большем (по сравнению с рабовладельческим обществом) совпадении сословного деления с классовым при феодализме проявляется качественно новая стадия развития частнособственнических отношений и преобразования последними естественно возникших отношений.

В рабовладельческом обществе отношение рабовладельцев к рабу как к объекту, как к средству производства, безусловно, преобладало. Следовательно, отношение между рабом и рабовладельцем не есть производственное отношение разных людей друг к другу, а есть отношение человека к средству производства (рабу).

При феодализме преобладание отношения к непосредственному производителю как к объекту начинает сменяться преобладанием отношения к нему как к субъекту. Но в масштабах всемирно-исторического развития это есть ещё лишь период перехода от первого ко второму.

Таким образом, если отношение рабовладельца к рабу есть главным образом отношение человека к остальной природе (куда входит раб), если рабовладелец относится к рабу как к естественно возникшему средству производства, то отношение феодала к непосредственному производителю является уже переходным от отношения к нему как средству производства к отношению к нему как к человеку.

В рабовладельческом обществе рабы по преимуществу ещё не собственно класс людей, а класс средств производства, природных тел, используемых в качестве средств производства, следовательно, отношения класса рабовладельцев и класса рабов не есть производственные отношения. Частнособственнические производственные отношения ещё не проникают решающим образом внутрь самого процесса производства. Производственными отношениями они всё же оказываются потому, что рабы остаются людьми, и внутри отношения рабовладельца и раба как субъекта и объекта присутствует в качестве подчиненного, но существенно отличного момента отношение рабовладельца и раба как отношения субъектов друг к другу.

При феодализме впервые в истории человечества эксплуататоры начинают относиться к эксплуатируемым как к связанным с ними «естественно возникшей» связью (через отношение к земле) средствам производства. И вместе с тем одновременно эти отношения эксплуататоров и эксплуатируемых превращаются в отношения субъектов друг к другу, то есть собственно производственные отношения.

Таким образом, впервые в истории человечества собственно производственные отношения эксплуататоров и эксплуатируемых получают относительно самостоятельное существование, но в ещё не преодолённой окончательно оболочке «естественно возникших» отношений.

Отсюда следует, что границы основных классов феодального общества должны в значительно большей, чем границы класса рабовладельцев, степени совпадать с сословным делением. Каждый из них значительно более чётко охватывался сословием или группой сословий. И в первую очередь это касается класса эксплуатируемых. Ибо эксплуатируемые при феодализме впервые в истории включены в жизнь общества не только в качестве средств производства, но также в качестве членов производственных отношений.

В рабовладельческом обществе производственные отношения в их относительной самостоятельности имеют место главным образом в отношениях рабовладельцев друг к другу. Производственные отношения в их относительной самостоятельности не выделились в самом процессе производства:производственные отношения в них относительной самостоятельности имеются пока в сфере распределения, обмена, потребления как отличных от собственно процесса производства. Лишь при феодализме производственные отношения впервые начинают решающим образом проникать внутрь процесса производства,  вычленяться в нём, хотя ещё не вычленяются полностью.

Диалектика производительных сил и производственных отношений.

Широкому применению ручных железных орудий земледельческого труда в конечном итоге соответствует частная собственность на средства земледельческого труда. Широкое применение ручных железных орудий земледельческого труда в конце концов оказывается несовместимым с применением рабского труда, ибо применение железа открывает принципиально новые, неизмеримо более широкие и глубокие возможности создания сложных по форме и устройству, более прочных орудий, нежели каменные, деревянные, медные, бронзовые. Между тем рабовладельческие отношения по мере их развития, по мере превращения раба в объект, «говорящий инструмент» всё больше тормозят общественное развитие.

Лишь при устранении рабства могла быть открыта широкая дорога  распространению и совершенствованию железных земледельческих орудий. Однако использование земли, этого естественно возникшего средства производства, в качестве основного средства производства не позволяло устранить естественно возникшую связь людей с землей, а потому и друг с другом. То есть не позволяло полностью устранить телесную зависимость эксплуатируемых производителей от эксплуататоров, что, в конце концов, тормозило распространение и совершенствование железных орудий. Вследствие этого образовалась такая историческая форма общества, при которой эксплуатируемые непосредственные производители, во-первых, относятся как частные собственники средств земледельческого труда к эксплуататорам как частным собственникам земли, во-вторых, остаются вместе с тем связанными с землей естественно возникшей связью. А через посредство естественно возникшего отношения к земле они связаны такого же рода связью и с эксплуататором, являющимся с такой точки зрения естественным, природным собственником земли. Сам такой собственник в свою очередь принадлежит земле как её придаток.

Непосредственный производитель со своими средствами земледельческого труда как бы нанимается к частному собственнику земли, а частный собственник земли как бы платит ему за труд и за применённые непосредственно производителем средства труда.

Уже тут имеется в неразвитом виде товарное отношение и переворачивание на поверхности действительных отношений: создаётся объективная видимость, что собственник земли благодетельствует, опекает непосредственного производителя.

Между тем собственник земли при этом своим трудом ничего не производит, а лишь присваивает часть труда непосредственного производителя.

Но товарное отношение при господстве частной земельной собственности не может быть развитым, ибо главную роль в производстве продуктов земледелия играют естественные процессы, а труд земледельца скорее создает внешние условия для протекания этих процессов, то есть не преобразует их внутреннюю природу. При этом самым существенным компонентом производства служит земля.

Часть земледельческой продукции присваивает собственник земли, часть остаётся непосредственному производителю. Та часть, которая переходит в руки земельного собственника, представляет собой феодальную ренту. Общепринято считать феодальную ренту сугубо экономическим отношением. Мы полагаем, что это образование менее развитое, чем это обычно представляют. Феодальная рента есть историческая форма присвоения феодалом части труда непосредственного производителя, существующая при наличии ещё сохраняющегося естественно возникшего отношения к земле, и это отношение необходимо входит как момент в феодальную ренту.

Поскольку и эксплуататоры и эксплуатируемые относятся к земле как к естественно возникшему средству производства, а значит, и к взаимному отношению как к естественно возникшему, постольку это отношение устойчиво, воспроизводится в течение многих поколений, изменяется медленно. Поэтому и в целом общественные отношения при феодализме изменяются очень медленно, хотя и быстрее, чем в рабовладельческом обществе.

Поскольку упомянутое отношение остаётся естественно возникшей связью с землёй и через это друг с другом, постольку основными силами, поддерживающими эту связь, оказываются силы, характерные для родоплеменной общины, – обычаи, традиции. Поскольку же естественно возникшая связь разлагается частнособственническими отношениями, постольку основной силой становится принуждение.

Развитие феодальной формации

Феодализм, как и всякий процесс развития, проходит стадии

начала (подготовки возникновения сущности),

первоначального возникновения сущности,

формирования,

зрелости,

упадка и умирания.

Подготовка возникновения феодального общества.

Создание исторических предпосылок феодального общества происходит в недрах рабовладельческого общества. Важнейшими необходимыми историческими предпосылками феодализма, образующимися в недрах рабовладельческого общества, являются:

во-первых, изготовление и распространение орудий и оружия из железа;

во-вторых, перерастание рабовладельческих землевладельческих хозяйств в крупные хозяйства.

Первоначальное возникновение феодализма.

Это есть период смены рабовладельческой формации феодальной.

Стадия формирования феодализма.

Это стадия, на протяжении которой основная масса крестьянства приобретает в свою собственность средства земледельческого труда и надел земли в наследственное пользование, а феодалы превращаются в наследственных владельцев земли.

Зрелость.

Расцвет феодализма достигается тогда, когда при сохранении естественно возникшей связи непосредственного производителя с землёй и с собственником земли непосредственный производительземледелец имеет максимальную заинтересованность в своём труде, в его результатах.

А это возможно лишь в том случае, если непосредственный производитель-земледелец имеет в своей собственности средства земледельческого труда и ему выделен феодалом в нерушимо наследственное пользование надел земли, то есть такое наследственное пользование, нарушение которого тем или иным феодалом или тем или иным непосредственным производителем-земледельцем есть нарушение нормальных отношений. При нерушимо наследственном пользовании наделом земли владение землёй почти переходит в право частной собственности на землю, то есть право владения землёй достигнет своего предела, за которым уже лежит право частной собственности на землю.

Такому отношению непосредственного производителя к земле в наибольшей степени соответствует нерушимо наследственная собственность феодалов на землю. Но собственность феодалов на землю на стадии расцвета, зрелости феодализма не может быть чисто частной или по преимуществу частной собственностью. Последняя несовместима с нерушимо наследственным владением землей. Право чисто частной собственности на землю необходимо связано с правом свободы завещания. Высшим же выражением нерушимости наследственного владения землей феодалами является майорат – передача земли по наследству именно старшему сыну.

В самой сути таких отношений заключена помимо исторически возникших общественных отношений естественно возникшая связь феодалов друг с другом. При наличии мелких крестьянских хозяйств крупные земельные владения могли быть устойчивы лишь через систему промежуточных земельных владельцев. Если непосредственной производительной единицей служит хозяйство непосредственного производителя-земледельца, отрабатывающего наследственный земельный надел при помощи принадлежащих ему средств земледельческого труда, то наиболее соответствующим этому хозяйству устройством класса землевладельцев будет в конечном счете иерархическое землевладение феодалов. А высшим выразителем этой иерархии оказывается верховный феодальный владелец земли – король, царь и т. п.

Вся эта система, поскольку имеют место естественно возникшие связи, держится силой обычаев, традиций (эти связи служат оболочкой и отношений феодалов и непосредственных производителей-земледельцев, и отношений феодалов друг к другу). Поскольку же развиваются частнособственнические, классово-антагонистические отношения, постольку главным средством сохранения и развития этой системы в целом становится принуждение.

Зрелому феодализму соответствует в наибольшей степени оброчная земельная рента, становящемуся феодализму – отработочная, а загнивающему – денежная феодальная земельная рента.

Стадия загнивания, умирания феодализма.

Пределом экстенсивного развития феодализма служит использование всей территории Земли, доступной для обработки при помощи железных орудий труда. Интенсивное развитие феодализма происходит в конечном счёте на основе совершенствования железных средств земледельческого труда и развития культуры использования земли. Кроме того, устранение рабства, по крайней мере, в конце концов, если не сразу, должно было привести и к поискам обеспечения труда, к росту потребности в рабочей силе, к росту заинтересованности в увеличении производительности труда. Поэтому, хотя использование природных сил (силы воды, ветра, быков, волов, лошадей) для приведения в движение средств труда началось еще до феодализма, только при феодализме оно стало широким и характерным. Так, например, водяное колесо, изобретённое ранее, широко распространяется только по мере утверждения феодализма. Средства обработки земли, изготовляемые из железа, по своей природе (твёрдости и прочности) открывали возможность широкого использования твёрдых земель. Но для реализации этих возможностей требовалась также и двигательная сила, более мощная, чем человеческая, и более эффективная, чем сила быков, волов. Такой силой оказалась сила лошади. Именно для феодализма характерно полное и широкое использование силы лошади (благодаря распространению современной упряжи с мягким хомутом, постромками и оглоблями, а также железных подков). Устранение рабства, установление феодальных отношений усилили заинтересованность непосредственных производителей в совершенствовании средств труда по обработке продуктов земледелия и скотоводства – всё это и открыло возможности использования более сложных средств труда, чем те, которые использовали рабы.

Отделение ремесла от земледелия.

Наиболее сложных приспособлений для обработки продуктов земледелия и скотоводства требовало изготовление одежды. В феодальную эпоху распространились и были усовершенствованы прядильный и ткацкий станки, коренным образом отличавшиеся от тех аналогичных приспособлений, что были распространены в древнем мире.

Совершенствование железных средств труда и вооружения, всё более широкое использование железа для изготовления средств обработки земли и продуктов земледелия и скотоводства вызывали к жизни развитие добычи железной руды, металлургии, совершенствование столярных и токарных инструментов.

Усложнение труда по обработке продуктов земледелия, скотоводства, добычи (полезных ископаемых), а также по изготовлению средств труда вызвало в конце концов отделение теперь уже в условиях феодализма ремесла от земледелия. Возможность этого предоставлялась достаточно высокой производительностью труда.

Отделение ремесла от земледелия и скотоводства произошло ещё с переходом к скотоводству и земледелию, существовало и развивалось в рабовладельческом обществе.Ремесло есть не что иное, как особый вид труда, заключающийся во вторичной, третичной и т.д. обработке продуктов земледелия, скотоводства, добычи главным образом ручными орудиями труда в мелких и средних масштабах.

Ремесло, развивающееся при феодализме и концентрирующееся в городах, остаётся включённым в феодальные отношения.

Ремесленники, горожане вначале остаются феодально зависимыми. В связи с преобладанием натурального хозяйства рынок сбыта относительно невелик, рост рынка, как и развитие феодализма, происходит очень медленно. Отсюда регламентация ремесленного производства, ограничение его масштабов. Ограниченный рынок, борьба с произволом феодалов, бегство крепостных в города – вот что преимущественно вызывало объединение ремесленников в корпорации и – в предельном случае – в союз корпораций. Развитый феодализм характеризуется образованием центров феодально организованного ремесла. Как в земледелии основной хозяйственной ячейкой было мелкое хозяйство земледельца, наследственно владеющего небольшим земельным наделом, так в городах, соответствующих развитому феодализму, ремесло было наследственным, с передачей мастерской, средств труда и т. д. по наследству. Ремесленники могли обрабатывать также и участки земли.

Развитие отделения ремесла от земледелия в истории феодализма и в последующей истории общества имело огромное значение. Отделялось феодальное ремесло от феодального земледелия. Но тем самым на качественно иной уровень поднималось раздвоение «естественно возникших» связей и частнособственнических, исторически возникших отношений.

Основой частнособственнических отношений в феодальном земледелии были изготовление и распространение средств производства, созданных трудом.

Основой «естественно возникших» связей в феодальном землевладении было использование земли, этого главным образом естественно возникшего средства производства.

Определяющим средством производства в феодальном землевладении была земля.

Напротив, определяющими средствами производства в феодальном ремесле были средства производства, созданные трудом. Именно отделение ремесла было отделением частнособственнических отношений в относительно самостоятельную область существования. Хотя в целом в рамках развитого феодализма и феодализма вообще главенствующим видом труда оставалось земледелие, а ремесло – подчиненным, зависимым.

По отношению к ремеслу в рабовладельческом обществе ремесло в феодальном обществе развивалось на качественно иной основе, в качественно иной среде и в конечном счете развилось качественно иначе. Ни при первобытнообщинном строе, ни в рабовладельческом обществе возможности распространения ремесла не лежали в самой сути общества.

Напротив, в феодальном обществе,

во-первых, развитие средств труда идёт главным образом по пути развития средств труда не из камня, дерева, меди, бронзы, а из железа, то есть из материала, который впервые по своей природе соответствует средствам труда, не естественно возникшим, а созданным трудом;

во-вторых, основная масса непосредственных производителей имеет собственность на средства труда, чего никогда прежде не было.

Отделение феодального ремесла – это начало капитализма, подготовительный этап возникновения капитализма. Однако сущность капитализма ещё не возникла, капитализма ещё нет.

По мере роста производительности земледельческого труда, отделения ремесла от земледелия и концентрации ремесла в городах растёт обмен излишками продукции, развиваются товарно-денежные отношения, но развиваются в соответствии с темпами всего феодального развития, весьма медленно. Тем не менее, рынок постепенно растёт, растут и его масштабы, и ассортимент предметов, поступающих на рынок. Возможности для роста рынка прежде всего и главным образом определяются возможностями развития ремесла, которые при феодализме принципиально шире и глубже, чем на предшествующих стадиях развития человечества.

Разложение феодальных отношений.

Разложение феодальных отношений может идти двумя путями. Говоря об этих путях, В.И. Ленин писал в работе «Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции 1905-1907 годов»:

«Гвоздем борьбы являются крепостнические латифундии, как самое выдающееся во­площение и самая крепкая опора остатков крепостничества в России. Развитие товарно­го хозяйства и капитализма с абсолютной неизбежностью кладет конец этим остаткам. В этом отношении перед Россией только один путь буржуазного развития.

Но формы этого развития могут быть двояки. Остатки крепостничества могут отпа­дать и путем преобразования помещичьих хозяйств и путем уничтожения помещичьих латифундий, т. е. путем реформы и путем революции.  Буржуазное развитие может ид­ти, имея во главе крупные помещичьи хозяйства, постепенно становящиеся все более буржуазными, постепенно заменяющие крепостнические приемы эксплуатации  буржу­азными, — оно может идти также, имея во главе мелкие крестьянские хозяйства, кото­рые революционным путем удаляют из общественного организма «нарост» крепостни­ческих латифундий и свободно развиваются затем без них по пути капиталистического фермерства.

Эти два пути объективно-возможного буржуазного развития мы назвали бы путем прусского и путем американского типа. В первом случае крепостническое помещичье хозяйство медленно перерастает в буржуазное, юнкерское, осуждая крестьян на деся­тилетия самой мучительной экспроприации и кабалы, при выделении небольшого меньшинства «гроссбауэров» («крупных крестьян»). Во втором случае помещичьего хозяйства нет или оно разбивается революцией, которая конфискует и раздробляет феодальные поместья. Крестьянин преобладает в таком случае, становясь исключи­тельным агентом земледелия и эволюционируя в капиталистического фермера. В пер­вом случае основным содержанием эволюции является перерастание крепостничества в кабалу и в капиталистическую эксплуатацию на землях феодалов — помещиков — юн­керов. Во втором случае основной фон — перерастание патриархального крестьянина в буржуазного фермера».

Мы в дальнейших наших лекциях ещё не раз вернёмся к этим двум путям, понимание которых исключительно важно для понимания развития трёх русских революций. А сейчас заострим наше внимание на следующем:

Подобно рабовладельческой формации, феодальная формация не может перейти на следующую, более развитую стадию формирования человеческого общества путем классовой борьбы основного эксплуатируемого класса. Как для начавшегося кризиса рабовладельческого общества свойственны крупные восстания рабов, так для феодализма, переходящего на стадию упадка, характерны крупные крестьянские восстания. Однако и восстания рабов, и восстания крестьян, хотя и расшатывали соответствующий строй, вместе с тем были бесперспективными: в случае победы возможны были либо возвращение к тому, против чего шла борьба, либо попытка возврата к самым ранним стадиям развития. Смена каждой из этих формаций вследствие действий основных сил, определяющих лицо формации, была бы сменой, производимой сверху.

Применительно к феодальной формации это означало бы постепенное приспособление феодалов к требованиям растущего рынка и содействие развитию товарно-денежных отношений. Вместе с тем в обоих случаях смена формаций путём революции сверху маловероятна. Первого случая мы уже коснулись ранее, остановимся на втором. Феодализму свойственна замедленность развития, огромная роль обычаев, традиций, устойчивость ’еще сохраняющихся естественно возникших связей. Феодалы – продукт и компонент такого общества. Поэтому они, приспособляясь к растущим товарно-денежным отношениям, всячески сопротивлялись этому росту. Когда же товарно-денежные отношения разовьются, приобретут зрелые формы, разовьются и уже нефеодальные общественные силы, которые сметут феодализм.

Революция сверху («прусский путь»), в результате которой феодальная формация сменяется капиталистической, в какой-то мере приближающаяся к чистому виду, имеет место тогда, когда феодалы в междоусобицах уничтожают друг друга, а их место занимают собственники, выросшие почти исключительно на почве товарно-денежных отношений.

Совсем не то происходит при капитализме, когда один из основных классов капиталистического общества, порождаемый внутренним развитием последнего, и притом эксплуатируемый класс является носителем более развитой стадии формирования общества.

На первых двух стадиях формирования человеческого общества – рабовладельческой и феодальной – смена стадий осуществляется главным образом не путём сил, созданных их внутренним развитием, а преимущественно благодаря действию сил внешних.Хотя при этом внутреннее развитие уже есть необходимость, и внешние силы действуют именно на необходимое внутреннее развитие, в своём действии преломляясь через внутреннее развитие.

Смена рабовладельческого общества феодальным происходила при воздействии на рабовладельческое общество внешней по отношению к нему и не порождённой им с необходимостью силы – силы общества, находящегося на этапе разложения предшествующей стадии общественного развития.

Смена феодального общества капиталистическим тоже происходит в борьбе против феодализма внешних по отношению к нему сил, сил капиталистического, будущего по отношению к феодализму, общества.

Существенная разница заключается в том, что это есть внешняя для сущности  феодализма  сила, но порождается она внутренним развитием феодализма. Капитализм же уничтожается внутренней для его сущности силой (силой пролетариата),порождённой его внутренним развитием.

Таким образом, источник саморазвития общества постепенно формируется,чем ближе к началу формирования, тем более значительно воздействие сил, внешних для данной стадии формирования человеческого общества, на внутреннее развитие этой стадии. И наоборот.

Место и роль феодальной формации в истории

Всемирно-историческая необходимость феодализма заключалась в том, что прежде всего и главным образом благодаря этой стадии развития земледелие получило возможность достигнуть своего предела – использования всей территории Земли, пригодной для земледелия (притом такого земледелия, при котором земля остаётся естественно возникшим средством производства, а не создаётся искусственно). Благодаря этой стадии земледелие в конце концов соединилось со скотоводством, подчинив себе последнее, благодаря этой стадии главными, решающими средствами труда в земледелии стали средства труда из железа, благодаря этой стадии стали широко использоваться силы природы (не только быков, волов, но и лошади, воды, ветра) для приведения в движение средств труда, благодаря этой стадии создались возможности для массового, широкого отделения ремесла от земледелия, возможности, принципиально отличные от тех, что существовали на прежних стадиях.

Впервые в истории основные, характерные непосредственные производители выделились в качестве относительно самостоятельных субъектов, собственно членов производственных отношений (оставаясь ещё в известной степени и объектом, средством производств).

Уровень материальной жизни феодально эксплуатируемых крестьян, несомненно, выше, чем уровень материальной жизни рабов, феодал не в такой степени распоряжается телом, жизнью феодально зависимого крестьянина, чем в общем и целом, рабовладелец телом, жизнью раба. Таким образом, положение феодального крестьянина улучшилось по сравнению с положением раба. Но вместе с тем наблюдается и усиление эксплуатации: феодал извлекает больше прибавочного продукта, чем рабовладелец, то есть растёт, так сказать, относительное обнищание эксплуатируемых. Рост заинтересованности в своем труде (а она, разумеется, больше у феодальных крестьян) означает и рост интенсификации труда.

Кроме того, то, что феодальный крестьянин в принципиально иной степени есть субъект производственных отношений, означает также принципиально иное его отношение к эксплуатации, независимости, свободе. Чем больше и глубже оторван человек от «естественно возникших» связей и чем больше и глубже он включен в исторически возникшие отношения, тем больше и глубже он осознаёт свободу и угнетение, тем острее он переживает угнетение и сильнее и многообразнее стремится к свободе. Отрицательное отношение к несвободе, угнетению растёт, можно сказать, прямо пропорционально становлению человека как субъекта общественных отношений.

Что дальше?

В следующей лекции мы продолжим изучение этапа формирования общества на стадии капиталистической формации.

Литература

  1. К. Маркс, Ф. Энгельс. Тезисы о Фейербахе,
  2. Ф. Энгельс. Анти-Дюринг,
  3. В.А. Вазюлин. Логика истории. Вопросы теории и методологии,
  4. С. Лилли. Люди, машины и история,
  5. Лекция первая. «Устарел ли марксизм? (Часть I)»,
  6. Лекция вторая. «Зачем коммунистам нужна диалектика?»,
  7. Лекция третья. «Диалектическое познание общества. Начало: простейшее отношение общества»,
  8. Лекция четвёртая. «Переход от простейшего отношения общества к сущности общества. Диалектика труда»,
  9. Лекция пятая. «Сущность общества. Общественный способ производства»,
  10. Лекция шестая. «Явление и действительность общества. Общественное сознание (Часть I)»,
  11. Лекция седьмая. «Явление и действительность общества. Общественное сознание (Часть II)»,
  12. Лекция восьмая. «Надстройка общества и его материальный базис»,
  13. Лекция девятая. «Человек как личность».
  14. Лекция десятая. «Логика истории»,
  15. Лекция одиннадцатая. «Возникновение общества»,
Все лекции