Скрыть >>

Лекция 01. Устарел ли марксизм?

Сегодня трудно найти «интеллигента», который не поставил бы крест на марксизме, который не заявлял бы бесстрашно, что марксизм – дело далёкого прошлого. Забавно, что ни один из этих «ниспровергателей» никогда марксизм не изучал (разве что «проходил»), как почти никто из них не изучал и физику, но физику они хоронить не торопятся – засмеют.

Сто пятьдесят лет назад герой сказки Салтыкова-Щедрина «О ретивых начальниках» собрался закрыть Америку, но тут же с горечью заметил, что, кажется, сие от него не зависит. Его сегодняшние потомки классику не читают, и потому так никогда и не узнают, что от них в этом мире вообще ничего не зависит.

И мы не собираемся открывать им глаза. Но тысячи молодых людей, относящих себя к левым, сегодня повторяют буквально все «детские» ошибки народовольцев, анархистов, левых эсеров, троцкистов, ищут и не находят выхода своей революционной энергии. Именно им мы и адресуем наш курс «Основы научного коммунизма». И уже в этой вводной лекции мы попытаемся предъявить доказательства того, что – как писал Ленин – учение Маркса всесильно, потому что оно верно.

Учение Маркса вызывает к себе во всём цивилизованном мире величайшую вражду и ненависть всей буржуазной (и казённой и либеральной) науки, которая видит в марксизме нечто вроде «вредной секты». Иного отношения нельзя и ждать, ибо «беспристрастной» социальной науки не может быть в обществе, построенном на классовой борьбе. Так или иначе, новсяказённая и либеральная науказащищаетнаёмное рабство, а марксизм объявил беспощадную войну этому рабству. Ожидать беспристрастной науки в обществе наёмного рабства – такая же глупенькая наивность, как ожидать беспристрастия фабрикантов в вопросе о том, не следует ли увеличить плату рабочим, уменьшив прибыль капитала .

(В.И. Ленин. Три источника и три составных части марксизма).

Что такое Марксизм?

Коротко говоря, марксизм есть диалектическое единство революционного знания и революционной практики.

Конечно, эта краткая формула нуждается в пояснении. И весь наш курс лекций «Основы научного коммунизма» станет таким пояснением. Мы постараемся показать, что марксистское знание – ясная и стройная система научных взглядов, а не «заумь», как о нём говорят те, кто не смог или не захотел его понять. Мы постараемся показать, что марксизм может усвоить каждый, кто этого захочет, кто не утратил способности учиться. Но это не значит, что, прослушав этот курс, Вы сразу станете марксистом. Получение революционных знаний потребует от Вас и революционного отношения к этим знаниям. Что это значит?

Во-первых, от слушателя нашего Коммунистического Университета потребуется углублённое изучение всей основной марксистской литературы.

Во-вторых, — постоянное применение полученных знаний в процессе революционной практики. Ибо любая попытка стать марксистом, не покидая учебной аудитории, есть самое пошлое школярство. Ибо любая, даже самая революционная теория никогда не будет понята до конца и превратится в набор пыльных догм, если не проверять истинность её утверждений революционной практикой.

Чтобы проиллюстрировать революционную суть марксизма, революционную силу его методов, мы в этой вводной лекции обратимся к марксистскому учению о построении Коммунизма. Это учение выросло из доказательства Марксом неизбежного краха товарного (капиталистического) производства. Это доказательство строится на одной простой и ясной абстракции, которая позволила Марксу высветить суть экономического базиса общества – общественного способа производства.

С этого доказательства мы и начнём.

«Рыночная» экономика, Социализм и Коммунизм.

Законы сохранения и законы обращения общественного капитала.

Математики иногда говорят, что такая-то задача «решается из общих соображений». Под этим они понимают, что решение такой задачи можно получить, исходя только из здравого смысла, не прибегая к специальным математическим доказательствам.

Чтобы проиллюстрировать применение «общих соображений» рассмотрим одну задачу из курса математики за пятый класс средней школы.

Школьная задача по математике.

Даны два одинаковых стакана объёмом 200 миллилитров. В первом содержится 100 миллилитров чая, во втором – 100 миллилитров молока (смотри рисунок 1).

Рисунок 1

Некто берёт столовую ложку объёмом 20 миллилитров, зачерпывает 20 миллилитров чая из первого стакана и выливает во второй стакан, где было налито молоко. После этого во втором стакане образуется смесь из 100 миллилитров молока и 20 миллилитров чая (смотри рисунок 2).

После этого он же (после размешивания смеси, необязательно тщательного, или вовсе не размешивая) зачерпывает из второго стакана, где находится уже смесь молока и чая, той же ложкой 20 миллилитров получившейся смеси и выливает её обратно в первый стакан (смотри рисунок 3).

Рисунок 3

После этих двух переливаний в первом стакане (где сначала был один чай) будет 100 миллилитров смеси, в которой много чая и немного молока. А во втором стакане будет 100 миллилитров смеси, в которой будет много молока и немного чая.

Вопрос:чего больше: в первом стакане молока или во втором стакане чая?

Обычно прилежные пятиклассники пытаются решить эту задачу, составив алгебраические уравнения с двумя неизвестными. Однако такой подход верен лишь в случае тщательного перемешивания после первого шага (смотри рисунок 2). Если же перемешивание не было тщательным, то составление уравнений уже не помогает. Например, если этот некто вообще не будет перемешивать смесь во втором стакане (смотри рисунок 2), то назад (в первый стакан) он сможет случайно вылить только чай (или только молоко).

После того, как школьники понимают, что алгебраический подход здесь не годится, они, как правило, включают интуицию, которая почему-то подсказывает большинству из них, что молока в первом стакане будет меньше, чем чая во втором.

Однако правильный ответ звучит так:

В первом стакане молока будет ровно столько же, сколько во втором стакане будет чая.

Почему? Приведем решение этой задачи, используя упомянутые «общие соображения». Предположим, что после указанных двух переливаний в первом стакане оказалось Х миллилитров молока (смотри рисунок 4).

Рисунок 4

Теперь спросим себя:а сколько тогда в этом первом стакане не хватает чаю? Ответ очевиден:тех же Х миллилитров. А где может находиться этот чай? Закон сохранения материи говорит нам, что этот чай может находиться только во втором стакане (смотри рисунок 5).

Рисунок 5

Следовательно, после описанных двух переливаний молока в первом стакане будет ровно столько же, сколько чая во втором.

Такого разъяснения доказательства, как правило, достаточно для понимания решения этой задачи. Если у Вас возникли вопросы, то для упрощения понимания доказательства Вы можете заменить 100 миллилитров чая на 100 красных шариков, а 100 миллилитров молока на 100 белых шариков того же размера, полагая при этом, что в столовую ложку вмещается 20 таких шариков.

Теперь обратим внимание, какие такие «общие соображения» мы использовали для решения этой задачи. Мы использовали только закон сохранения материи. Мы не использовали алгебру, не считали молекулы чая и молока в процессе переливания. Мы лишь проанализировали, что останется в обоих стаканах после завершения всей операции из двух переливаний, а затем применили закон сохранения материи.

Памятуя о решении этой задачи, обратимся к анализу товарного производства, проведённого Карлом Марксом.

Схема обращения всего общественного капитала

В книге Фридриха Энгельса «Анти-Дюринг» (Глава Х, Отдел второй) [2] и во втором томе «Капитала» (Отдел третий) [3] Карл Маркс дал анализ таблиц Кенэ, описывающих обращение годового совокупного продукта Франции (Франсуа Кенэ – французский экономист домарксовой эпохи, основатель экономической школы так называемых физиократов). Этот анализ привёл Маркса к открытию законов воспроизводства и обращения всего общественного капитала.

Мы сейчас дадим упрощённую схему этого анализа, проведённого Марксом. Наши упрощения не искажают сути, но делают рассуждения Маркса понятнее для читателя без экономического образования.

Как показал Маркс, для первоначального понимания сути обращения капитала и товаров, всё общественное товарное производство отдельно взятой капиталистической страны нужно представить через взаимодействиедвух основных производственных подразделений(в зависимости от назначения производимых продуктов).

Подразделение I– предприятияпроизводства средств производства (производстванепредметов личного потребления, а орудий и предметов труда, например, сырья, полуфабрикатов, заводского оборудования, сельскохозяйственных машин, экскаваторов и т.п.).

Подразделение II– предприятия, занятые производствомпредметов личного потребления(пища, одежда, бытовая техника, жильё и т.п.).

Наш анализ мы начнём с рассмотрения для отдельно взятой рыночной страны годового (за 2010 год) производственного цикла, который, в свою очередь, разобьём на четыре этапа, как это сделано в анализе Маркса.

Этап №1. Предположим, что за данный год Подразделение I произвело товаров на 6 рублей (6 рублей – чистая абстракция – их можно заменить на триллион рублей, на тридцать миллиардов долларов и т.п.). Из этих 6 рублей часть, равную 2 рублям, предприятия Подразделения I выплатили в качестве как заработной платы своим работникам, так и дивидендов хозяевам предприятий.

Далее, из общей суммы (6 рублей) товаров предприятия Подразделения I продали предприятиям Подразделения II товаров на сумму 2 рубля. А оставшиеся товары на общую сумму 4 рубля предприятия Подразделения I продали друг другу (то есть эти товары на сумму 4 рубля остались внутри Подразделения I).

Рисунок 6 а

Этап №2. Предположим, что за данный год Подразделение II произвело товаров на X рублей. Из этих X рублей часть, равную Y рублям, предприятия Подразделения II выплатили в качестве заработной платы своим работникам и дивидендов хозяевам предприятий.

Далее, из общей суммы (X рублей) товаров предприятия Подразделения II продали работникам и хозяевам Подразделения I товаров на сумму Z рублей. А оставшиеся товары на общую сумму (Х — Z) рублей предприятия Подразделения II продали своим работникам (то есть эти товары на сумму (Х — Z) рублей остались внутри Подразделения II).

Рисунок 6 б

Этап №3. На этом этапе происходит денежный расчёт для предприятий Подразделения II. А именно, предприятия Подразделения II пытаются получить деньги за товар, что был выставлен ими на продажу на Этапе №2. Это

а) деньги за товар на Z рублей, выставленный на продажу работникам и хозяевам Подразделения II,

б) деньги за товар на (X — Z) рублей, выставленный на продажу работникам и хозяевам своего Подразделения I.

Этап №4. На этом этапе происходит денежный расчёт для предприятий Подразделения I. А именно, предприятия Подразделения I пытаются получить деньги за товар, выставленный ими на продажу на Этапе №1. Это

а) деньги за товар на 2 рубля, что был выставлен на продажу предприятиям Подразделения II,

б) деньги за товар на 4 рубля, выставленный на продажу предприятиям своего Подразделения I.

Спрашивается, каковы должны быть значения X, Y и Z, чтобы товарное производство в 2010 году в нашей отдельно взятой рыночной стране было сбалансированным, то есть, чтобы в этом году в этой стране не возник кризис перепроизводства?

Легко видеть, что если X равно 3 рублям,Y равно 1 рублю, Z равно 2 рублям, то баланс достигается.

Действительно, у работников и хозяев Подразделения I после окончания Этапа №1 имеется наличных денег ровно 2 рубляи потому они могут купить все товары на Z рублей (равное 2 рублям), что им продало на Этапе №2 Подразделение II.

Далее, у работников и хозяев Подразделения II после окончания Этапа №2 наличных денег ровно Y (то есть1рубль), а товаров им «родное» Подразделение II продало на сумму (Х — Z) рублей (то есть ровно на тот же 1 рубль).

Поэтому на этапах 3 и 4 предприятия Подразделений I и II смогут сполна расплатиться за товары, купленные ими друг у друга на этапах 1 и 2.

Рисунок 6 в

Значит, чтобы достичь сбалансированного товарного производства в отдельно взятой стране достаточно, чтобы хозяева предприятий Подразделения II :

1) знали заранее значения переменных X, Y и Z (3 рубля ,1 рубль и 2 рубля),

2) организовали своё производство так, чтобы

(a) выпускать товаров на 3 рубля,

(б) выплачивать зарплату и дивиденды на 1 рубль и

(в) продавать товаров работникам и хозяевам Подразделения I ровно на 2 рубля.

Но что же мешает товаропроизводителям знать значения этих переменных заранее и уметь производить товары именно столько, сколько надо?

Ответ прост:стремление хозяев каждого из предприятий к получению максимальной прибыли, а так как самый лёгкий путь к наращиванию прибыли — расширение существующего производства, то, как результат, — безудержное увеличение производимой товарной массы каждым отдельным предприятием.

Это стремление к максимальной прибыли через безудержное увеличение производимой товарной массы приводит к тому, что на Этапе №2 предприятия Подразделения II в сумме производят товаров уже не на 3 рубля, а куда больше, скажем, на 5 рублей, и потому Подразделение II выставляет работникам и хозяевам Подразделения I товаров на сумму, равную уже не 2 рублям, а 4 рублям. А поскольку наличных денег у работников и хозяев Подразделения I имеется ровно 2 рубля, то оставшиеся выставленные товары (на сумму 2 рубля) купить просто некому. Вот так и возникает кризис товарного перепроизводства.

Рисунок 6 г

Заметим, что причины этого кризиса перепроизводства заключены во внутренней природе товарного производства (в погоне хозяев предприятий за максимальной прибылью), а не в недостатках управления товарным производством или в других субъективных причинах.

Однако схема Маркса подсказывает и выход из кризиса перепроизводства. Если, например, к моменту начала Этапа №2 напечатать денег на 2 рубля и дать их покупателям из Подразделения I, то все выставленные Подразделением II на этом этапе товары уже могут быть куплены.

Но этот акт печатания «лишних» денег и есть процесс их обесценивания, который называется инфляцией. Инфляция в дальнейшем порождает кризисы самого рынка, поскольку неустойчивость денег, как универсального эквивалента стоимости, приводит к хаосу сам товарный обмен, и, следовательно, само товарное производство.

Первые предварительные выводы.

Кризисы и тупики товарного (то есть капиталистического) производства обусловлены самой природой товарного производства, а не внешними факторами (ошибки управления, алчность капиталистов и т.д.). Исследование, проведённое Марксом, и доказавшее неминуемость кризисов товарного производства, опиралось в основном на законы сохранения и не требовало применения ни каких-то специфических экономических законов, ни, тем более, каких-либо идеологических догм, в чём обвиняют марксизм дипломированные лакеи буржуазии.

Капитализм и колонии.

Хорошо – скажет проницательный читатель – разрушительные кризисы перепроизводства (вроде «великой депрессии») и такая же разрушительная инфляция остались в прошлом, а вот сегодня страны Запада с ними сталкиваются в куда более мягкой форме: перепроизводство там встречается, инфляция тоже есть, но они не имеют сегодня таких катастрофических последствий, как от «великой депрессии», начавшейся в 1929 году, длившейся десяток лет и ставшей основной причиной Второй мировой войны. А вы нам тут говорите, что разрушительные кризисы капитализма неминуемы. В чём же тут дело? – А вот в чём.

Описанная нами схема Маркса рассматривала весь товарооборот между Подразделением I и Подразделением II в рамках одного государства, то есть без учёта внешних экономических связей этого государства (смотри рисунок 6.г). И анализ Маркса доказал, что товарное производство в такой замкнутой системе обречено на разрушительные кризисы, ведущие к краху всего рыночного хозяйства.

Однако развитые капиталистические страны нашли возможность сгладить эти разрушительные кризисы через сверхограбление своих экономических колоний. Сегодня одной большой колонией Запада является весь остальной мир, включая Россию. Опишем теперь, опираясь на нашу схему, этот механизм ограбления. Когда мы говорим «колония», мы, конечно, имеем в виду экономическое закабаление.Но именно такое экономическое закабаление Западом остального мира делает эти формально свободные государства фактическими колониями западного империализма.

Итак, на втором этапе (смотри рисунок 6 г) в замкнутой системе появился переизбыток товаров второй группы стоимостью в 2 рубля. Но этот избыточный товар можно экспортировать, то есть выставить на внешний (по отношению к данному государству) рынок.

Если предположить, что в этот внешний рынок входят только страны Запада, то такой общий западный рынок не решит ни одной проблемы товарного производства этих стран. Чтобы доказать это, мы рассмотрим нашу же схему, где объединим в те же два подразделения все предприятия всех стран Запада, затем рассмотрим те же два этапа производственного цикла, и также получим переизбыток товара на последнем втором этапе.

Но Запад выставляет этот избыточный товар не на своём общем рынке, а на рынке остального мира, то есть в своих колониях.

Но что от этого изменится? – спросит проницательный читатель – мы ведь можем расширить нашу схему на весь мир и тогда опять получим заведомо замкнутую рыночную систему, где на том же втором этапе получим тот же избыточный товар, который уже точно некуда будет девать кроме как на другую планету.

Но в том то и дело, что обмен товарами на внутреннем западном рынке происходит совсем не так, как происходит обмен товарами между Западом и остальным миром (то есть западными колониями).

На внутреннем западном рынке товары обмениваются в среднем равноценно, когда равные стоимости обмениваются на равные стоимости (стоимость товара определяется количеством общественно необходимого для производства этого товара труда).

Другое дело, когда западный товар поставляется на рынок колониальный. Здесь уже обмен идёт не равноценный, а совершенно грабительский. Это когда западный товар (например, один персональный компьютер) обменивается на товар местного производства (например, 10 тонн сахара), при этом, количество труда, вложенного в производство западного товара (персонального компьютера),в несколько раз меньше количества труда, вложенного в производство местного товара (10 тонн сахара). То есть стоимость персонального компьютера в несколько раз меньше стоимости 10 тонн сахара, но цена на мировом рынке у этих товаров одинакова(!). И западный товародержатель, продав один свой персональный компьютер в Южной Америке, покупает на вырученные деньги 10 тонн сахара, следовательно, львиная доля полученной им стоимости есть прибавочная стоимость – то есть результат эксплуатации пролетариата колонии. Таким образом, товаропроизводитель с одного компьютера получает не только прибавочную стоимость, произведённую его наёмными работниками, но и прибавочную стоимость, произведённую работниками колоний, причём последнюю он получает только как результат своего выхода на внешний (колониальный) рынок.Заметим между делом, что именно в этом заключается «секрет» экономических успехов так называемой «шведской модели социализма» и других стран Запада, экономика которых ориентирована на экспорт. Получая лишь от самого факта экспорта своих товаров колониальную прибавочную стоимость, капиталисты таких стран-экспортёров могут не только значительно ослабить эксплуатацию своих наёмных работников, но и даже поделиться с ними этой самой колониальной прибавочной стоимостью.

Но этим грабительским обменом процесс сверхограбления колоний вовсе не исчерпывается. Более того, такой прямой грабительский обмен сам по себе никак не может решить проблему перепроизводства товаров, указанную нашей схемой. Потому что колонии должны не только обменять тот избыточный западный товар (смотри рисунок 6.г) на свой товар, но и выплатить Западу сверх того те недостающие два рубля. Но откуда колонии возьмут эти деньги? –У Запада.

Чертовщина какая-то – скажет читатель – Запад даёт деньги колониям, только затем, чтобы те оплатили покупку избыточного западного же товара. Но штука в том, что Запад не даёт эти деньги просто так, а даёт их взаймы, как товарный кредит, под грабительские проценты. Этим Запад убивает сразу четырёх зайцев:

  1. не наводняет этими деньгами свой западный рынок, избегая разрушительной инфляции;
  2. получает через этот товарный кредит оплату избыточного товара;
  3. получает от колоний огромную прибыль в виде процентов за кредит;
  4. закабаляет колонии экономически, превращая их в вечных должников.

Теперь наша схема замкнутого товарооборота (рисунок 6.г) преобразуется в схему товарооборота с участием колоний, как показано на рисунке 7.

Рисунок 7

Тот же проницательный читатель может спросить: почему же схема ограбления колоний, показанная на рисунке 7, не смогла спасти мировой капитализм от тяжелого мирового кризиса 2008 — 2009 годов? Попробуем разобраться. Напомним, что упомянутый кризис начался в США, как «ипотечный кризис», то есть, как кризис перепроизводства построенного и продаваемого в кредит жилья. Будь это другой предмет потребления, его излишки продали бы в колонии и тем самым сгладили бы кризис перепроизводства, но излишки жилья (как недвижимого имущества) продать в колонии было невозможно. Конечно, причины кризиса 2008 — 2009 годов лежат глубже «ипотечного кризиса» — и мы будем их разбирать подробно в нашем курсе «Основы марксистской политэкономии», — но невозможность продать излишки жилья в колонии стала одной из важнейших причин разразившегося мирового кризиса.

Заметим, что схема реального мирового товарооборота гораздо сложнее нашей новой схемы, потому что мы для простоты вывели из первоначальной схемы (рисунок 6) государственные органы, банки, и другие паразитические структуры. Не учтён в этой схеме также экспорт средств производства и оружия. Однако неучтённые здесь моменты не искажают общей картины ограбления Западом колоний, более того, эти моменты лишь усиливают это ограбление. Глубокий научный анализ процесса ограбления западным империализмом остального мира дан в работе В.И. Ленина «Империализм как высшая стадия капитализма» [4].

Социалистический способ производства

Бытует мнение, что Социализм – то же товарное производство, но с другими формами собственности. Это мнение не только разделяют, но и проповедуют многие «теоретики» из КПРФ и других «левых» партий. Но они заблуждаются. Следует отметить, что эти их взгляды на социалистический способ производства мало чем отличаются от взглядов как Троцкого и Бухарина, так и нынешних буржуазных экономистов (от Глазьева и Делягина до Чубайса с Егором Гайдаром). И это не удивительно: и те, и другие, и третьи никогда толком не изучали марксизм.

История Социализма в СССР знает несколько этапов становления, торжества и упадка социалистического способа производства. Эти этапы уже упоминались в проекте Программы коммунистов, озаглавленном «Цели и задачи коммунистов» [5], который мы рассматриваем и как введение в настоящий курс «Основы научного коммунизма». Напомним эти этапы.

  1. Этап военного коммунизма (1917 – 1921). Этап НЭПа (1922 – 1929).
  2. Этап построения социалистического способа производства (1929 – 1937).
  3. Этап социалистического способа производства и его развития (1937 – 1957).
  4. Этап начала ползучей контрреволюции – переход к товарному сельскому хозяйству (1958 – 1965).
  5. Этап победы ползучей контрреволюции – полный переход к госкапитализму (1966 – 1991).

Все эти этапы мы подробно рассмотрим в дальнейшем, как в этом курсе лекций, так и в курсе «Основы политэкономии».

А сейчас дадим ответ на вопрос: «Чем же социалистический способ производства отличается от товарного (капиталистического)?»

Как мы уже говорили во введении к этому курсу, переход от капитализма к социализму происходит совсем не так, как осуществлялась до этого смена одной формации на другую. Если, например, буржуазия сначала завоёвывала экономическую власть, и только затем завоёвывала власть политическую, то пролетариат сначала завоёвывает политическую властьи лишь после этого побеждает экономически.

Победив политически, диктатура пролетариата постепенно, но неукоснительно вводит социалистическое право. Основой этого социалистического права становится равенство всех членов общества как работников. Это равенство выражено следующим принципом, впервые ясно сформулированном и обоснованном К. Марксом в работе «Критика Готской программы»[6]:

От каждого по способностям, каждому по труду.

Этот принцип означает, что каждый трудоспособный член общества обязан добросовестно трудиться на благо общества, а общество обязано обеспечить его и его семью предметами личного потребления соответственно тому вкладу, который он своим трудом внёс в благосостояние общества.

Социалистическая практика СССР доказала, что этот принцип в полной мере реализуется при социалистическом способе производства.

Опишем теперь социалистический способ производства, утвердившийся и развивавшийся в СССР в период с 1937 по 1957 годы, и который часто называют сталинским социализмом.

Вот что писал Сталин об особенностях социалистического способа производства в СССР в работе «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952 год) .

В настоящее время у нас существуют две основные формы социалистического производства: государственная — общенародная, и колхозная, которую нельзя назвать общенародной. В государственных предприятиях средства производства и продукция производства составляют всенародную собственность. В колхозных же предприятиях, хотя средства производства (земля, машины) и принадлежат государству, однако продукция производства составляет собственность отдельных колхозов, так как труд в колхозах, как и семена, — свой собственный, а землей, которая передана колхозам в вечное пользование, колхозы распоряжаются фактически как своей собственностью, несмотря на то, что они не могут ее продать, купить, сдать в аренду или заложить.

Это обстоятельство ведет к тому, что государство может распоряжаться лишь продукцией государственных предприятий, тогда как колхозной продукцией, как своей собственностью, распоряжаются лишь колхозы. Но колхозы не хотят отчуждать своих продуктов иначе как в виде товаров, в обмен на которые они хотят получить нужные им товары. Других экономических связей с городом, кроме товарных, кроме обмена через куплю-продажу, в настоящее время колхозы не приемлют. Поэтому товарное производство и товарооборот являются у нас в настоящее время такой же необходимостью, какой они были, скажем, лет тридцать тому назад, когда Ленин провозгласил необходимость всемерного разворота товарооборота.

В чём же была причина того, что колхозы не могли себе позволить других экономических связей с общенародным сектором, кроме товарных? Эта причина была в недопроизводстве как продукции, производимой общенародным сектором, так и продукции, производимой колхозным сектором. Более того, сам товарный обмен обязан своим существованием только факту недопроизводства продуктов общественным производством. Поясним это положение.

Существует ли сегодня такой предмет потребления, которого вполне хватает всем членам общества и даже с избытком? – Существует. Это воздух, которым мы все с вами дышим (то есть потребляем). Является ли этот предмет потребления товаром? – Нет. Потому что его никто не продает, и никто не покупает. Почему? – Да только потому, что его хватает всем и даже с избытком.

Далее. Почему работник, получив зарплату, не может купить на неё всего, что ему нужно, а вынужден покупать лишь то, что ему нужно только в первую очередь, только «позарез»? Многие тут ответят: «Потому что слишком мала у нас зарплата». И будут неправы. И вот почему. Сегодня, например, в России производится мяса и мясных продуктов столько, что среднедушевое потребление мяса в год составляет около 40 кг. При оптимальной для здоровья норме – 110 кг. Предположим, что зарплату всем вдруг увеличили в 10 раз. Сможет ли тогда каждый гражданин России довести потребления мяса до 110 кг в год? – Нет, конечно, и только потому, что столько мяса в России не производится. Значит дело не в размере зарплат, а в общественном недопроизводстве продуктов потребления.

Поэтому в условиях недопроизводства и возникли товарно-денежные отношения. Когда каждый на имеющиеся у него деньги покупает свою долю произведённых всем обществом предметов потребления и не более того. Если у него денег очень много, то он сможет удовлетворить все свои физиологические потребности, если очень мало, то покупает только то, что позволит ему не умереть с голоду и холоду. А в среднем покупается столько продуктов, сколько в среднем произведено на каждого члена общества (например, те же 40 кг мяса).

Вот почему в начале 50-х годов,когда общественное производство не могло ещё обеспечить все потребности членов общества, колхозы не могли себе позволить других экономических связей с общенародным сектором, кроме товарных.

Рассмотрим теперь схему функционирования народного хозяйства при социалистическом способе производства, сложившемся в СССР в начале 50-х годов ХХ века.

Государственный (общенародный) сектор.

Как было уже сказано, основой политического строя на первом (социалистическом) этапе построения Коммунизма является диктатура пролетариата. В СССР диктатура пролетариата выступала в форме Советов депутатов трудящихся, профсоюзов и других общественных организаций. Политическим и организационным штабом диктатуры пролетариата, её авангардом была коммунистическая партия. Основой же диктатуры пролетариата были Советы депутатов трудящихся, избираемые народом прямым тайным голосованием. Советы всех уровней (от сельских Советов до Верховного Совета СССР) осуществляли всю полноту власти на территории СССР. За годы Советской власти через Советы прошли миллионы и миллионы граждан СССР, на деле доказав, что каждый труженик может не только научиться, но и, научившись, может успешно управлять своим государством.

Советы назначали органы исполнительной власти (от сельских исполнительных комитетов до союзного правительства – Совета министров СССР). Таким образом, деятельность всех без исключения органов управления государственным сектором народного хозяйства проходила под наблюдением и руководством Советской власти. Поэтому государственный сектор не только находился в общенародной собственности, но и управлялся как общенародный.

Практически все средства производства (земля, машины) СССР были сосредоточены в государственном секторе. Действия органов управления государственным сектором были направлены на достижение главной цели социалистической экономики:максимальное удовлетворение растущих материальных и культурных потребностей всего общества.Средством же достижения этой цели был непрерывный рост социалистического производства на базе высшей техники и науки.

Товарное производство, как мы уже видели, не могло ни реализовать поставленной цели, ни дать средства для её достижения. Да и цели социалистического производства и товарного (капиталистического) производства совершенно разные. Как мы уже говорили, цель товарного производства:извлечение максимальной прибылиСредством для достижения этой цели является эксплуатация наёмных работников и ограбление народов других стран (колоний).

Как же происходило обращение произведённых продуктов в социалистическом государственном секторе? Для анализа этого обращения (как и в случае товарного производства) необходимо выделить Подразделение I (производство средств производства) и Подразделение II (производство предметов личного потребления). Однако взаимодействие этих подразделений происходило совсем не так, как при товарном производстве. Это взаимодействие происходило через обращение произведённых продуктов, но уже не товаров. То есть произведённые товары не выставлялись на рынок для продажи, а циркулировали через государственные органы планирования и распределения (Правительство, его министерства, Госплан, Госснаб, Госторговля).

Общественно необходимый для создания продуктов труд ещё измерялся в денежном выражении как стоимость. Но стоимость уже играла роль не двигателя и регулятора производства, а лишь традиционной (и поэтому удобной) единицы измерения вложенного в продукт труда. И эта стоимость учитывалась главным образом при распределении продуктов личного потребления среди работников -распределении по вложенному каждым работником труду на благо всего общества. Вот что писал Маркс о социалистическом распределении по труду в работе «Критика Готской программы»:

Мы имеем здесь дело не с таким коммунистическим обществом, которое развилось на своей собственной основе, а, напротив, с таким, которое только что выходит как раз из капиталистического общества и которое поэтому во всех отношениях, в экономическом, нравственном и умственном, сохраняет еще родимые пятна старого общества, из недр которого оно вышло. Соответственно этому каждый отдельный производитель получает обратно от общества за всеми вычетами ровно столько, сколько сам дает ему. То, что он дал обществу, составляет его индивидуальный трудовой пай. Например, общественный рабочий день представляет собой сумму индивидуальных рабочих часов; индивидуальное рабочее время каждого отдельного производителя — это доставленная им часть общественного рабочего дня, его доля в нем. Он получает от общества квитанцию в том, что им доставлено такое-то количество труда (за вычетом его труда в пользу общественных фондов), и по этой квитанции он получает из общественных запасов такое количество предметов потребления, на которое затрачено столько же труда. То же самое количество труда, которое он дал обществу в одной форме, он получает обратно в другой форме.

Под общественными фондами Маркс понимал то, что и было реализовано в СССР как фонды общественного потребления. Коротко говоря, эти фонды состояли из пенсий, бесплатно предоставляемого труженикам жилья, бесплатного образования, медицинского обслуживания, детских учреждений, домов отдых и т.п., то есть из того, что составляло необходимые условия жизни каждого работника, пенсионера и членов их семей.

Общая схема обращения продуктов в общенародном секторе социалистического хозяйства представлена на рисунке 8.

Рисунок 8

Опишем эту схему по этапам производственного цикла.

Этап №1.Продукция, произведённая на предприятиях Подразделения I в спланированном заранее объёме и ассортименте, через органы государственного снабжения распределяется среди предприятий Подразделения II. Работники Подразделения I, произведшие эту продукцию получают заработную плату соответственно своему индивидуальному вкладу в это производство.

Этап №2.Продукция, произведённая на предприятиях Подразделения II в спланированном заранее объёме и ассортименте, поступает в два адреса:

На предприятия государственной торговли.

В фонды общественного потребления.

Работники Подразделения II, произведшие эту продукцию, получают заработную плату соответственно своему индивидуальному вкладу в это производство.

Этап №3. На этом этапе работники предприятий обоих подразделений покупали на полученную (на первых двух этапах) зарплату предметы личного потребления в системе государственной торговли, а так же то, что им полагалось получить из фондов общественного потребления.

В отличие от системы конечного распределения предметов личного потребления по индивидуальным квитанциям (предложенной Марксом) в СССР это распределение имело товарно-денежную форму. То есть вместо индивидуальных квитанций работнику выдавалась заработная плата деньгами, но размер зарплаты соответствовал количеству труда, которое он дал обществу. Замена индивидуальных квитанций анонимными деньгами проистекала из технических трудностей учёта индивидуальных квитанций в процессе их обмены на продукты. Появление новых технологий расчётов (например, безналичные электронные платежи через индивидуальные пластиковые карточки) позволит в будущем социалистическом обществе решить проблему учёта индивидуальных квитанций работников.

Во всём остальном представленная нами схема описывает социалистическое производство в том виде, в каком оно предсказано ещё Марксом в упомянутой работе «Критика Готской программы».

Что же изменилось в этой схеме по сравнению со схемой обращения товарного производства (смотри рисунок 6.г)?

Исчезло получение прибыли, как цель предприятий подразделений I и II. Целью этих предприятий теперь стало выполнение народнохозяйственного плана, основной целью которого стало максимальное удовлетворение растущих материальных и культурных потребностей всего общества путём непрерывного роста социалистического производства на базе высшей техники и науки.

Поэтому исчезло обращение капиталов и товаров.На смену обращения товаров и капиталов пришло плановое обращение продуктов

Обращение продуктов, произведённых предприятиями Подразделения I (средства производства) происходит теперь не на рынке, а через систему государственного планового распределения.

Обращение продуктов, произведённых предприятиями Подразделения II (предметы личного потребления) происходит через систему государственной торговли и через фонды общественного потребления.

Такое плановое обращение произведённых продуктов в общенародном социалистическом секторе разом сняло проблему кризисов перепроизводства и инфляции. Проблему, которая – как мы с вами видели — проистекает из внутренней природы товарного производства.

Опишем теперь вторую основную форму социалистического производства в СССР.

Колхозный (коллективный, но не общенародный) сектор.

Колхоз – коллективное хозяйство, артель, коллективным трудом производящая сельскохозяйственную продукцию. Его органом управления служило правление колхоза, избираемое прямым голосованием всех членов колхоза. Правление решало все оперативные вопросы колхозного производства, распоряжалось полученной продукцией и занималось распределение материальных благ соответственно вкладу каждого члена колхоза в коллективное производство. Таким образом, колхозы являлись коллективным собственником своей продукции.

Особенностью «сталинских» колхозов было то, что основные средства колхозного производства (земля, машины) не принадлежали колхозу, а были частью общенародной собственности. Поясним это обстоятельство.

После проведения социалистической коллективизации (1929 – 1933 годы) земля (сельскохозяйственные угодья, земля колхозных дворов и т.п.) была передана колхозам в вечное пользование. Этой землёй колхозы распоряжались фактически как своей собственностью, но они не могли её продать, сдать в аренду или заложить. Потому что в СССР вся земля и её недра принадлежали всему советскому народу.

Далее, весь машинно-тракторный парк, работавший в колхозах, входил в состав машинно-тракторных станций (МТС), которые были предприятиями государственного сектора социалистического производства. Работа МТС в колхозах строилась на договорной основе. МТС получали от колхоза за свою работу часть, произведённой ими сельскохозяйственной продукции. Эта продукция затем поступала в распоряжение государственного сектора, который выплачивал работникам МТС заработною плату.

Вся произведённая в колхозе продукция (за вычетом той, что передавалась в МТС) находилась в полном распоряжении колхозов. Часть этой продукции (предметы потребления) оставалась у самих колхозников, как натуральная оплата их труда. Оставшаяся часть становилась товаром, которым колхоз распоряжался как коллективный товародержатель.

Проследим теперь, как происходило обращение этого товара.

Основная часть товара (включая сельскохозяйственное сырьё) продавалась государственному сектору по фиксированным (контрактным) ценам на основе договоров (контрактов) между государством и колхозами. Контрактные цены менялись не чаще, чем раз в год.

Оставшаяся часть товара (так называемые излишки) поступала на колхозные рынки, где продавалась за наличные деньки. Излишки в основном состояли из предметов личного потребления (мясо, овощи, фрукты и т.п.).

Полученные от продажи колхозного товара деньги делились на две части:

Зарплата колхозников.

Прибыль, направляемая на расширение производства. Из полученной прибыли колхозы закупали в государственном секторе необходимые для расширения производства товары (семена, мелкий инвентарь и т.п.)

Схема обращения колхозного товара показана на рисунке 9.

Рисунок 9

Объединим теперь обе схемы обращения (рисунки 8 и 9), чтобы получить полную картину обращения продуктов и товаров в социалистическом производстве СССР.

Рисунок 10

Сталинская программа коммунистического строительства.

В конце 30-х годов в СССР были созданы объективные условия для перехода социализма ко второй фазе построения коммунистического общества уже на своей собственной основе, когда социалистический способ производства побеждает капитализм экономически, достигая несравненно большей производительности общественного труда.В 1939 году XVIII съезд партии наметил программу такого перехода. Завершение этой второй фазы означало и окончательную гибель империализма. В этих условиях мировой империализм не мог не нанести упреждающий удар по СССР, видя в этом свой возможно последний шанс.

Построенный социалистический фундамент оказался настолько прочным, что после Победы, не прибегая ни к внешним займам, ни к НЭПу, Советский Союз за три года восстановил разрушенное войной народное хозяйство и создал несокрушимый ядерный щит. Вопрос«кто — кого?» перешел из военной плоскости в плоскость экономическую. Возникновение широкого социалистического лагеря укрепило новый строй, резко сузило империалистические рынки сбыта. Набирало силы народно-освободительное движение в империалистических колониях.

В конце 40-х годов вопрос о переходе к коммунистическому строительству в СССР вновь встал на повестку дня. Программа такого перехода была четко изложена в последних работах товарища Сталина.

Были ясно сформулированы цель социалистической экономики:максимальное удовлетворение растущих материальных и культурных потребностей всего общества,и средство достижения этой цели: непрерывный рост социалистического производства на базе высшей техники и науки. При этом Сталин настаивал на марксовом положении о том, что необходимым условием роста общественного производства является преимущественный рост производства средств производства (Подразделение I).

Сталин указал пути разрешения двух основных противоречий периода коммунистического строительства:

Поскольку колхозная (т.е. не общенародная) форма собственности и товарное обращение становятся тормозом развития производительных сил и создают препятствие для полного охвата государственным планированием всего народного хозяйства, то по мере роста общественного производства необходимо:

путем постепенных переходов заменить товарное обращение системой продуктообмена;

путем постепенных переходов, осуществляемых с выгодой для колхозов и, следовательно, для всего общества,поднять колхозную собственность до уровня общенародной собственности.

Чтобы преодолеть сложившееся разделение труда, чтобы каждый член общества имел возможность гармоничного развития всех своих способностей, чтобы каждый человек стал активным деятелем общественного развития, по мере роста общественного производства необходимо:

постепенно сократить рабочий день до 5 часов;

ввести обязательное политехническое обучение;

коренным образом улучшить жилищные условия;

значительно поднять реальную зарплату, особенно, путем снижения цен на продукты потребления и повышения доли общественных фондов потребления.

Страна поступательно двигалась к коммунистической фазе пролетарской революции, когда

исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы, и общественное богатство польется из источников полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: Каждый по способностям, каждому по потребностям!

(К. Маркс. Критика Готской программы)

Мировая революция и Коммунизм.

Сталин, будучи марксистом, прекрасно понимал, что в условиях империалистического окружения построение Коммунизма в одной стране и даже в группе стран социалистического лагеря невозможно. Поэтому в начале 50-х годов ХХ века вопрос о мировой революции снова встал на повестку дня.

Как известно, Маркс и Энгельс прогнозировали, что пролетарская социалистическая революция свершится сразу (или почти одновременно) во всех развитых капиталистических странах. Однако переход капитализма в стадию империализма выявил закон неравномерного развития капитализма в мире. Открытие этого закона позволило Ленину изменить понимание и характер перехода капиталистической формации в коммунистическую. А именно, Ленин [4,8] выдвинул тезис о возможности победы пролетарской революции сначала в одной стране или группе стран. Историческая практика доказала истинность этого ленинского тезиса. Однако та же историческая практика показала, что вопрос о путях мировой революции оказался сложнее, чем его представляли марксисты в начале ХХ века.

Решение этого вопроса предложил Сталин в своих последних работах и выступлениях. Сталин исходил из того, что средние темпы роста производства и производительности труда в странах социалистического лагеря значительно превышают аналогичные показатели в развитых капиталистических странах. Так в мирные годы сталинских пятилеток объём промышленного производства удваивался за каждую пятилетку, то есть темпы социалистической роста промышленности были выше капиталистических более, чем в три раза. Примерно та же картина была и с ростом производительности труда [9]. Что из этого следовало?

Из этого следовало, что страны, попавшие в экономическую зависимость Запада, смогут во всё большем объёме получать промышленные и продовольственные товары не с Запада, а из стран социалистического лагеря. И не по грабительским ценам, а через равноценный обмен.

Значит, колониальный рынок империализма будет сужаться высокими темпами. А последствием такого сужения станет глубочайший экономический кризис в странах Запада (смотри раздел этой лекции «Капитализм и колонии» и рисунки 6 и 7). Этот кризис неизбежно породит революционные ситуации в развитых капиталистических странах. А в условиях победоносного шествия социализма в странах социалистического лагеря эти революционные ситуации неизбежно завершатся пролетарскими революциями.

Таким образом, экономическая победа социализма в странах социалистического лагеря становится залогом победы мировой революции и продвижения всего Человечества к Коммунизму.

А теперь вернёмся к сталинской программе коммунистического строительства, чтобы описать коммунистический способ производства.

Коммунистический способ производства.

С точки зрения производства, Коммунизм есть свободная самоуправляющаяся ассоциация свободных работниковЦель коммунистического способа производства – сам человек, его свободное развитие, как свободной, творческой личности.

В буржуазном обществе живой труд есть лишь средство увеличивать накопленный труд. В коммунистическом обществе накопленный труд — это лишь средство расширять, обогащать, облегчать жизненный процесс рабочих. Таким образом, в буржуазном обществе прошлое господствует над настоящим, в коммунистическом обществе — настоящее над прошлым… На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех.
(К. Маркс, Ф. Энгельс. Манифест коммунистической партии)

Как мы уже видели, сталинская программа коммунистического строительства и была нацелена на построение общества, в котором всё производство было лишь средством расширять, обогащать, облегчать жизненный процесс рабочих.

Эта сталинская программа указывала конкретный и ясный путь превращения социалистического способа производства в коммунистический. Этот путь пролегал через полную замену остатков товарного обращения системой продуктообмена. Исходя из этого, мы теперь можем ясно увидеть картину производства и обращения продуктов при коммунистическом способе производства.

Рисунок 11

Сравним эту схему (рисунок 11) со схемой обращения социалистического способа производства (рисунки 8 и 10). Что бросается в глаза?

Исчезли колхозы и вся схема товарного обращения.Почему?- Потому что путём постепенных переходов удалось поднять колхозную собственность до уровня общенародной. И вся схема обращения упростилась и стала походить на схему обращения в государственном (общенародном) секторе социалистического хозяйства (смотри рисунок 8).

Исчезло государство в лице Советов.Почему? -Потому что государство (включая диктатуру пролетариата) всегда было в первую очередь органом принуждения членов общества, но при Коммунизме отпадает сама потребность принуждать кого-либо к чему-либо. И вот почему:

С исчезновением враждебного (империалистического) окружения исчезает надобность принуждать врага к мирному сосуществованию. С исчезновением классов (с их различными материальными интересами) исчезает необходимость принуждения одного класса другим. Поскольку в процессе построения Коммунизма изменяется общественное сознание, и труд перестаёт быть только средством для сохранения жизни, для получения материальных благ, а становится сам первой потребностью жизни каждого члена общества, то исчезает надобность принуждать кого-либо трудиться на благо общества.

Вместе с государством исчезли государственные органы управления производством и распределением предметов потребления.Почему? -Потому что:

Вся схема производства и распределения настолько упростилась, что управление может быть автоматизировано и не потребует присутствия профессиональных чиновников.

В системе управления будут работать, сменяясь, те члены общества, которые найдут потребность в таком труде, которые увидят в нём ту творческую составляющую, что принесёт им удовлетворение таким трудом.

Исчезла зарплата, а вместе с ней исчезла такая система распределения предметов потребления как Госторговля.Почему?– Потому что в процессе построения Коммунизма вместе с всесторонним развитием каждого члена общества производительные силы вырастут настолько, что удовлетворят материальные потребности каждого члена общества в полном объёме (то есть в объеме, оптимальном для поддержания и продолжения жизни). Следовательно, отпадёт необходимость распределять предметы потребления по вкладу работников в общественное производство (а заработная плата и Госторговля была элементами именно такого распределения). И тогда социалистический принцип производства и распределения «От каждого по способностям, каждому по труду» будет заменён коммунистическим: «От каждого по способностям, каждому по потребностям».

Вторые предварительные выводы.

Сталинская программа коммунистического строительства действительно обеспечивала переход к коммунистическому способу производства.

Следовательно, Коммунизм вовсе не является утопией, как сегодня заявляют «теоретики» КПРФ и других «левых» партий.

Не было никаких объективных причин для отказа от воплощения в жизнь этой сталинской программы.

Однако после смерти И.В. Сталина эта программа перехода к Коммунизму не только была свёрнута, но и началась ползучая контрреволюция, приведшая к поражению Социализма в СССР.

Поражение социализма в СССР и его причины.

После смерти товарища Сталина руководство партии, не смогло воплотить в жизнь сталинскую программу коммунистического строительства и разрешить точно указанные Сталиным противоречия того периода. Сработал субъективный фактор. Возникли те же трудности коллективного руководства, что и после ухода товарища Ленина. Однако на сей раз эти трудности не были преодолены.

Требовалась кропотливая политическая и организационная работа по начертанному Сталиным плану, которая пусть с запозданием, но принесла бы желаемые плоды, и выявила бы новых большевистских вождей партии и рабочего класса. Вместо этого руководство партии выбрало путь «больших скачков». Троцкистские по сути авантюры с освоением Целины и переходом к территориальному принципу управления (совнархозам) подорвали экономику. В спорах о путях выхода из создавшегося, как тогда казалось, чисто сельскохозяйственного кризиса победила точка зрения Хрущева, выражавшая особые экономические интересы колхозного крестьянства.Это была победа правого уклона. Ликвидация в 1958 году государственных МТС и продажа машинно-тракторного парка колхозам, резко расширило сферу товарного обращения.

А ведь именно против продажи МТС колхозам резко возражал Сталин в работе «Экономические проблемы социализма в СССР», отвечая экономистам Саниной и Венжеру:

…предлагая продажу МТС в собственность колхозам, т.т. Санина и Венжер делают шаг назад в сторону отсталости и пытаются повернуть назад колесо истории.

Допустим на минутку, что мы приняли предложение т.т. Саниной и Венжера и стали продавать в собственность колхозам основные орудия производства, машинно-тракторные станции. Что из этого получилось бы?

Из этого получилось бы, во-первых, что колхозы стали бы собственниками основных орудий производства, т. е. они попали бы в исключительное положение, какого не имеет в нашей стране ни одно предприятие, ибо, как известно, даже национализированные предприятия не являются у нас собственниками орудий производства. Чем можно обосновать это исключительное положение колхозов, какими соображениями прогресса, продвижения вперед? Можно ли сказать, что такое положение способствовало бы повышению колхозной собственности до уровня общенародной собственности, что оно ускорило бы переход нашего общества от социализма к коммунизму? Не вернее ли будет сказать, что та кое положение могло бы лишь отдалить колхозную собственность от общенародной собственности и привело бы не к приближению к коммунизму, а, наоборот, к удалению от него? Из этого получилось бы, во-вторых, расширение сферы действия товарного обращения, ибо колоссальное количество орудий сельскохозяйственного производства попало бы в орбиту товарного обращения. Как думают т.т. Санина и Венжер, может ли способствовать расширение сферы товарного обращения нашему продвижению к коммунизму? Не вернее ли будет сказать, что оно может лишь затормозить наше продвижение к коммунизму?

Основная ошибка т.т. Саниной и Вояжера состоит в том, что они не понимают роли и значения товарного обращения при социализме, не понимают, что товарное обращение несовместимо с перспективой перехода от социализма к коммунизму. Они, видимо, думают, что можно и при товарном обращении перейти от социализма к коммунизму, что товарное обращение не может помешать этому делу. Это глубокое заблуждение, возникшее на базе непонимания марксизма.

Критикуя «хозяйственную коммуну» Дюринга, действующую в условиях товарного обращения, Энгельс в своем «Анти-Дюринге» убедительно доказал, что наличие товарного обращения неминуемо должно привести так называемые «хозяйственные коммуны» Дюринга к возрождению капитализма. Т.т. Санина и Венжер, видимо, не согласны с этим. Тем хуже для них. Ну, а мы, марксисты, исходим из известного марксистского положения о том, что переход от социализма к коммунизму и коммунистический принцип распределения продуктов ,по потребностям исключают всякий товарный обмен, следовательно и превращение продуктов в товары, а вместе с тем и превращение их в стоимость.

Хрущёв и его окружение, продав МТС колхозам, сделали в 1958 году свой первый шаг к возрождению капитализма. С этого шага и началась ползучая контрреволюция в СССР. Ответ на важнейший для нас вопрос: «Почему стала возможной победа правого уклона в партии после смерти И.В. Сталина?» мы обстоятельно изложим в дальнейших лекциях этого курса, а в сжатом изложении вы найдете этот ответ в нашем программном документе «Цели и задачи коммунистов»

Давайте посмотрим на схеме обращения продуктов и товаров, какой урон социалистическому способу производства нанесла тогда группа Хрущёва. Вспомним наш рисунок 10 и изменим его с учётом продажи всех государственных МТС колхозам.

Рисунок 12

На первый взгляд изменения не коснулись структуры социалистического способа производства, а лишь значительно увеличили объём товарооборота между колхозным и государственным секторами. Но это лишь на первый взгляд.

Получив в своё полное распоряжение все средства производства, колхозы объективно стали экономически самостоятельными товаропроизводителями (и, следовательно,товародержателями). То есть превратились в те самые «хозяйственные коммуны» Дюринга. А какова может быть цель самостоятельного товаропроизводителя? — Никакой, кроме получения максимальной прибыли от производства и продажи своего товара. И это объективное стремление самостоятельных товаропроизводителей к максимальной прибыли не могло остановить никакое административное воздействие со стороны государственного сектора и партийного руководства. Колхозы всеми правдами и неправдами, вопреки всем плановым директивам, стали производить в основном ту продукцию, продажа которой сулила им максимальную прибыль.

Почти всё сельское хозяйство страны стало в течение двух-трёх лет товарным. Закономерная (предсказанная – как мы видели — ещё Марксом) анархия товарного производства ввергла сельское хозяйство в глубокий кризис. В 1962 году впервые за послевоенные годы были подняты цены на всю сельскохозяйственную продукцию. Резкий подъём цен на продовольствие вызвал волнения рабочего класса, которые удалось подавить только после расстрела войсками рабочей демонстрации в Новочеркасске. Эти события стали началом конца диктатуры пролетариата в СССР.

В 1963 году кризис товарного сельскохозяйственного производства привёл к тому, что впервые после 1934 года СССР был вынужден начать закупки зерна за границей.

Но разрушение социалистического производства не ограничилось только сельским хозяйством.Как и предсказывали Энгельс и Сталин, в стране возникло обращение капитала (его первоначальным источником стала денежная прибыль колхозов), который стал направляться в «теневую» экономику, поскольку только там этот капитал производил максимальную прибыль. В начале 60-х годов наряду с государственным сектором в СССР возник параллельный товарный уклад, объёмы производства которого постоянно увеличивались за счёт паразитирования внутри государственного сектора производства.

Сельскохозяйственный кризис, паразитирующий теневой товарный уклад, потеря пролетариатом доверия к руководству СССР неуклонно разрушали государственный сектор. Темпы роста промышленного производства стали резко снижаться.

Общий экономический кризис неизбежно перерос в кризис политический. В октябре 1964 года Хрущёв и его ближайшее окружение были сняты со всех постов и отправлены в отставку. Для выхода из кризиса было необходимо развернуть беспощадную борьбу с правым уклоном в партии и вернуть экономику страны на коммунистические рельсы.

Однако партийное руководство к тому времени оказалось настолько засорено правыми элементами, что для выхода из кризиса требовались решительные действия уже всей партии, всего рабочего класса. Но товарное бытие уже отравило общественное сознаниеВ партии и в рабочем классе возобладали тогда мелкобуржуазные взгляды на политику: «руководству виднее».

Так называемая «косыгинская экономическая реформа 1965 года» превратила уже все социалистические предприятия в обособленных товаропроизводителей. На смену социалистическому способу производства пришёл товарный (государственно-капиталистический) способ производства.

Рассмотрим схему обращения сложившегося в СССР во времена «брежневского застоя» государственно-капиталистического способа производства. Поскольку все предприятия после «косыгинской» реформы стали обособленными товаропроизводителями, то эта новая схема обращения товаров и капиталов уже не могла отличаться от схемы обращения товарного производства (смотри рисунок 6).

Рисунок 13

По сравнению с предыдущей схемой (смотри рисунок 12) из последней схемы исчезли колхозы. В действительности колхозы, как товаропроизводители, остались. Но поскольку теперь уже все предприятия стали товаропроизводителями, то в нашей схеме мы включили колхозное производство внутрь подразделений I и II.

Из этой схемы исчезли и Советы.Почему?– Потому что с переходом к госкапитализму Советы трудящихся утрачивали политическую власть и постепенно становились ширмой, за которой властвовала партийно-хозяйственная номенклатура. А все государственные органы управления превращались в аппарат этой новой власти.

Формально обращение товаров и капиталов проходило через государственные органы управления, но только формально. Фактически государственные органы управления превратились в огромную товарную биржу.

Но такая схема обращения – как мы уже видели – должна была сразу привести к кризису перепроизводства. Почему так не произошло? Почему после «косыгинских» реформ экономика СССР без катастрофических кризисов просуществовала 25 лет, перейдя в длительный период «застоя»?

Вот почему.Во-первых, вспомним раздел этой лекции «Капитализм и колонии» и рисунок 7. Мы видели, что товарное производство может долго существовать, если часть нереализованного товара сможет реализовать в колониях. Но у СССР не было колоний – скажете вы. Да, не было. Но ещё при Хрущёве они появились внутри страны. А в период «брежневского застоя» вся страна была фактически поделена на две части: экономически развитую и экономически отсталую. Последняя (Нечерноземье, Средняя Азия, почти все сырьевые районы) превратилась в экономическую колонию первой. Самым наглядным примером такой колонизации в застойные времена стала широчайшая эксплуатация детского труда в хлопкосеющих республиках Средней Азии.

Во-вторых, вспомним, что печатание лишних денег (как мы уже упоминали) также могло сгладить последствия кризиса перепроизводства.

И всё центральные органы управление экономикой в период застоя превратились в антикризисный штаб, варьировавший этими двумя факторами: колониальным и инфляционным.

Общая схема обращения в период брежневского застоя с учётом этих двух факторов будет теперь выглядеть так (сравните с рисунком 7):

Рисунок 14

Что на этой схеме изменилось по сравнению со схемой обращения из раздела «Капитализм и колонии» (смотри рисунок 7)?

Добавлен инфляционный фактор: Центральным банком были напечатаны лишние деньги (на нашей схеме — 1 рубль) и переданы потребителям из Подразделения I для оплаты товаров, произведённых Подразделением II (предметы потребления). Изменился объём кредита (дотации) и цена товара, направляемого в колонию.

Почему брежневскому госкапитализму потребовалось усложнить схему ограбления колонии по сравнению с традиционной капиталистической схемой ограбления? Почему был введён инфляционный фактор?

А вот почему. Вспомним, что брежневский госкапитализм действовал в рамках социалистической надстройки и под флагом развития социализма. Кроме того, у брежневского окружения ещё были свежи в памяти рабочие волнения 1962 года после хрущёвского поднятия цен на продовольствие. Следовательно, ограбление внутренней колонии нельзя было доводить до сверхограбления. Для этого и был введён в дело инфляционный фактор, который, во-первых, уменьшал степень неравноценности обмена с колонией, а, во-вторых, подавался как постоянное увеличение заработной платы.

Поддержание баланса двух этих факторов давалось трудно, и хотя длилось довольно долго, не могло продолжаться вечно. Инфляционный фактор увеличивал денежную массу быстрее, чем росла товарная масса, особенно продовольствия. Этот разрыв неуклонно возрастал, что породило товарный дефицит. Продовольственные товары буквально сметались с прилавков, а очереди за ними росли. Притчей во языцах стали «колбасные электрички», на которых жители глубинки отправлялись с Москву и другие крупные города за мясными продуктами. Но инфляционный фактор (как видно из нашей схемы) можно было уменьшить только усилением ограбления внутренней колонии. Что и происходило. И повсеместно порождало и усиливало региональное и национальное отчуждение.

Одновременно с этим происходили объективные процессы отчуждения экономических властителей страны (партийно-хозяйственной номенклатуры и теневых капиталистов) и их обслуги (чиновники, пропагандистский аппарат, «творческая» интеллигенция и т.п.) от трудового народа.

Что же мешало новым капиталистам вместе с экономической властью захватить в полном объёме и власть политическую? – Остававшаяся ещё социалистической надстройка. Социалистическая по своей форме надстройка не только мешала им наживаться, но и сохраняла возможность возврата к диктатуре пролетариата — такова диалектическая связь базиса и надстройки, о чём мы будем подробно говорить в следующих лекциях нашего курса.

Поэтому накануне назревшего катастрофического кризиса госкапитализма социалистическая надстройка была сломана. Сломана не в одночасье, сломана в борьбе с нараставшим сопротивлением значительной части членов партии. Но сломана. Под крики о перестройке и возврате к демократии.

За годы существования госкапитализма мелкобуржуазная волна захлестнула почти все слои общества. Вот почему после уничтожения социалистической надстройки, открытый контрреволюционный захват власти в 1991 году ставленниками мирового империализма почти не вызвал сопротивления Общества.

Почему крах капитализма неминуем?

Сегодня легион экономистов, политологов и прочих профессиональных болтунов твердит нам, что после ельцинских кризисов наступила, наконец, путинская стабилизация. ВВП растёт, мировые цены на нефть растут, кризис преодолён. Так ли это? – Конечно, нет. И мы докажем в оставшейся части этой лекции, что видимая стабилизация неустойчива, что она в самое ближайшее время закончится крахом всей российской экономики.

Однако чтобы избежать – как шутят программисты – переполнения вашего стека, мы сейчас прервём на этом изложение лекции, чтобы дать Вам время осмыслить полученную здесь информацию. Заметив, при этом, что полученных сегодня знаний вполне достаточно, чтобы слушателисамостоятельно, не дожидаясь второй части этой лекции, построили доказательство грядущего краха путинской экономики.

Поэтому мы предлагаем поиск этого доказательства в качестве домашнего задания.

Выводы

Неизбежные кризисы товарного производства обусловлены самой природой товарного производства, а не внешними факторами (ошибки управления, алчность капиталистов и т.д.).

Кризисы капитализма не приводят к его гибели только потому, что развитые капиталистические страны грабят колонии. Следовательно, если колонии выйдут из экономического закабаления, весь капиталистический способ производства перестанет существовать.

С переходом капитализма в империалистическую фазу, неравномерное развитие капитализма стало объективной реальностью. Марксистский анализ закона неравномерного развития капитализма позволили В.И. Ленину сделать вывод о возможности победы социалистической революции в одной или нескольких капиталистических странах.

Победа социалистической революции в России доказала правильность не только этого ленинского вывода, но и правильность вывода Маркса о диктатуре пролетариата, как о необходимом условии перехода от капитализма к Коммунизму.

Построенный в СССР социалистический способ производства стал воплощением теоретических идей, сформулированных ещё К. Марксом и Ф. Энгельсом.

Сталинская программа коммунистического строительства действительно обеспечивала переход к коммунистическому способу производства.

Марксистский анализ соотношения сил, сложившихся в мире после второй мировой войны, позволил И.В. Сталину выдвинуть программу мировой пролетарской революции, результатом воплощения которой была бы неизбежная победа Коммунизма.

Следовательно, Коммунизм вовсе не является утопией, как сегодня заявляют «теоретики» КПРФ и других «левых» партий.

Не было никаких объективных причин для отказа от реализации этой сталинской программы.

Причиной ползучей контрреволюции и поражения социализма в СССР стали не изъяны марксизма, как революционной теории и практики, а субъективный фактор – непонимание сути марксизма лицами, пришедшими к руководству КПСС после смерти И.В. Сталина.

Таким образом, вся история побед и даже поражений социализма на практике доказала, что, как диалектическое единство революционной теории и революционной практики, марксизм сегодня остаётся тем оружием, овладение которым необходимо каждому коммунисту.

Во второй части нашей лекции мы покажем, что овладение этим оружием позволит революционному пролетариату одержать сначала политическую победу, а затем перейти к построению Коммунизма.

Литература

  1. В.И. Ленин. Три источника и три составные части марксизма (ПСС, 23, 40-48).
  2. Ф. Энгельс. Анти-Дюринг. (Соч., 20, 1-338).
  3. К. Маркс. Капитал. Том второй. (Соч., 24, 1-596).
  4. В. И. Ленин. Империализм как высшая стадия капитализма (ПСС, 27, 299-426).
  5. Цели и задачи коммунистов. Проект Программы коммунистов.
  6. К. Маркс. Критика Готской программы (Соч., 19, 9-32).
  7. И.В. Сталин. Экономические проблемы социализма в СССР (Соч., 16, 154-223).
  8. В.И. Ленин. О лозунге Соединённых штатов Европы (ПСС., 26, 351-355).
  9. Советский Союз в мировой экономике. Мировая экономика и международные отношения, 1987, №11 (145 – 157).
  10. К. Маркс, Ф. Энгельс. Манифест коммунистической партии (Соч., 4, 419-459).
Все лекции